К 80-летию Победы: в первые дни войны
Когда я иду по коридорам университета, особенно по "довоенной" его части, мне вспоминается, каким он был во время войны.
...В то лето, когда началась война, мне исполнилось 13 лет. Многие городские ребята были объединены в тимуровские команды. Тимуровская команда была создана и в нашем дворе, который находился между пр. Ленина и улицами Анохина, Горького и Красноармейской.
Основной задачей, которая ставилась перед тимуровцами в то время, была помощь взрослым в борьбе с врагом.
Мы принимали участие в рытье траншей для укрытия населения от бомбежек, таскали на чердаки воду и песок для тушения пожаров, собирали у населения бутылки, которые наполнялись горючей жидкостью и использовались для борьбы с вражескими танками.
Мне хорошо запомнился такой эпизод.
Однажды, это было в начале июля, нескольких членов нашей тимуровской команды пригласили в военкомат, который находился тогда на проспекте Карла Маркса. Там нас попросили помочь в оборудовании недавно организованного госпиталя, размещавшегося в здании ПГУ (университет к тому времени освободил свое здание и переселился в здание пединститута).
Нам поручили наклеивать на оконные стекла полоски бумаги, чтобы стекла не лопались во время бомбежек. Руководил нашей работой веселый курчавый мужчина лет 30–35. Если мы уставали, он шутками подбадривал нас.
Здание университета в те дни выглядело так. На крыше был нарисован огромный красный крест, чтобы с самолетов было видно, что здесь госпиталь. На площадке, которая и сейчас находится на крыше университета, располагался пост МПВО и были установлены зенитные орудия.
Через несколько дней после нашего появления в госпиталь начали поступать раненые.
Их подвозили с поездов со старого вокзала в автобусах, на грузовиках в подводах. Иные из них шли сами, других вели под руки, а тяжелораненых несли на носилках. У входа, как раз на том месте, где сейчас установлен "Рунопевец" Коненкова, их стригли и брили. Шинели у многих были грязные, обгоревшие. Иногда привозили людей в штатском. Это были партизаны.
Операционная располагалась в комнате, где сейчас находится библиотечный абонемент.
Помню, там была такая чистота, что мы не решались ступить через порог.
А война тем временем разгоралась. Все чаще и чаще выли сирены, оповещающие об опасности воздушного налета. Даже ночами по нескольку раз приходилось бегать в бомбоубежище или в траншею. Возникла угроза оккупации города врагом. Петрозаводск пустел, горожане покидали его, и моя семья эвакуировалась.
Когда мы вернулись в 1945 году, здание университета было разрушено.
Д. ЕВСЕЕВА,секретарь деканата ЛИФа
