К 80-летию победы в битве на Курской дуге: на фронте и в тылу
В 2023 году исполнилось 80 лет победы Красной Армии в Курской битве, означавшей коренной перелом в Великой отечественной войне советского народа 1941-1945гг.
Курская дуга. В развитие успеха завершившейся 2 февраля 1943г. победоносной Сталинградской битвы войска Воронежского и Брянского фронтов по приказу Ставки в начале 1943 года провели из района Воронежа зимнюю наступательную операцию и освободили значительную территорию четырех черноземных областей, в том числе город Курск. После этого наши войска перешли к обороне. По линии соприкосновения с немцами образовалась огромная дуга с выпуклым выступом на запад, в центре которого оказался освобожденный Курск. Дуга, получившая название Курской, имела южную и северную части (фасы).
Недавно, при посещении родных мест в Курской и Белгородской областях, представилась возможность побывать на местах знаменитого танкового сражения под Прохоровкой, на южном фасе Курской дуги.
От Белгорода до Прохоровки примерно 60 км, можно ехать поездом или автобусом. Я предпочел автобус, так как из него проще наблюдать сельские поселения, дороги, пейзаж, людей. Древняя бабушка, почти полдороги молча сидевшая неподалеку, неожиданно, ни к кому не обращаясь, произнесла: "Сразу после войны ходила на работу за 10 километров. Идешь бывалоча одна рано утром полем − волка боишься встретить. А сейчас идешь − встречного человека боишься. Да-а". И снова замолкла. Другая соседка, юная девушка, по мобильнику весело говорила своей подружке: "Приезжай, пивка попьем".
За окном мелькали таблички и указатели с названиями сел и хуторов: Лучки, Яблочки, Богородицкое, Кусты, Липовка, Ясная Поляна, Кострома, Сторожевое, Прелестное (эпицентр танкового сражения). И наконец показался силуэт памятника Победы на Прохоровском поле. И памятник, и автобусная остановка так и называются − "Звонница", название железнодорожного разъезда поблизости − "Танковое поле".
Нынешнему поколению молодежи видимо не очень интересны подробности этого одного из главных сражений Великой Отечественной войны. Но все же упомяну основные события, описанные в литературе и представленные в архивах.
Танковое сражение. Танковое поле
Летом 1943 года в ходе оборонительной с нашей стороны Курской битвы, пытаясь с юга прорваться и срезать так называемый Курский выступ с советскими войсками, немцы на узкий участок фронта шириной в 8-10 км, юго-западнее небольшой железнодорожной станции Прохоровка, бросили в наступление мощные танковые дивизии СС "Адольф Гитлер", "Мертвая голова" и моторизованную дивизию "Великая Германия". Наше командование ответило контрударом силами двух армий − 5-й танковой и 5-й общевойсковой.
Непосредственный организатор сражения командующий 5-й танковой армией П.А. Ротмистров вспоминал:
Боевые действия начались 12 июля в 8 часов 30 мин после 15-ти минутной артиллерийской и авиационной подготовки. Перейдя в наступление, соединения 5-й танковой армии встретили танки противника, двигавшиеся на Прохоровку. Две мощные лавины устремились друг другу навстречу. И грянул встречный бой …
Что происходило в день сражения, нам трудно представить. Битва продолжалась до позднего вечера. Есть мемуары, воспоминания, рассказы уцелевших участников, очевидцев этого беспримерного столкновения танковых армад. Мы не будем их здесь цитировать. Об ужасах этого дня, адском напряжении, о мужестве, стойкости, самопожертвовании советских солдат и офицеров лучше узнать из первоисточников.
Только одна фраза из воспоминаний генерала А. Егорова:
Смешалось все − огонь, сталь, люди.
До сих пор историки спорят о числе танков, участвовавших во встречном бое. Отечественные авторы называют свыше 1200 задействованных одновременно с обеих сторон танков и самоходных орудий, значительное число артиллерии и крупные силы авиации. В одном из проспектов указано, что только за один день потери с обеих сторон составили свыше 700 танков. По данным наших архивов, германские войска 12 июля 1943 года потеряли более 300 танков. Однако многие немецкие источники не только умаляют значение и масштабы этого сражения, но и сводят потери немцев до смехотворной цифры в несколько машин. Западной историографии видимо вообще свойственно не замечать или умалчивать поражения своих предков в военных походах. Например, заметное число западных историков не признает сам факт Ледового побоища на Чудском озере 18 апреля 1242 года и победы Александра Невского над немецкими рыцарями − завоевателями.
Упомянутые странные подсчеты противной стороны опровергаются главным − результатами военных действий. Наши части, прежде всего танкисты, выполнили поставленную задачу, удержали Прохоровку, разгромили ударные силы вермахта на этом направлении. А Красная Армия выиграла Курскую битву, обеспечила коренной перелом в ходе Второй мировой войны, перешла в наступление, начала освобождать наши города и села. 5 августа сорок третьего Москва впервые салютовала в честь победителей − освободителей Орла и Белгорода, которые с тех пор гордо величают себя городами первого салюта.
И вот прошли десятилетия. Я стою на знаменитом теперь танковом поле. Эти места относятся ныне к созданному в апреле 1995 года государственному военно-историческому музею-заповеднику "Прохоровское поле". Само поле сейчас обычное, мирное, хлебородное. Ведь это знаменитый русский чернозем. К началу сентября зерновые на нем давно убраны, все пространство занимает белесая стерня, местами стоят большие желтые скирды соломы. В тишине тарахтит трактор. На ближних уже черных после уборки огородах громоздятся огромные оранжево-желтые тыквы.
На поле не осталось никаких следов войны, нет здесь и могил. На вопрос об этом местная жительница рассказала:
Наших павших солдат хоронили по селам и хуторам. В селе Прелестное в братской могиле захоронено 814 воинов, у нас, на хуторе Сторожевом − более 500. Там же отдельно закопаны и убитые немцы. Из Германии приезжали сюда люди, тоже помнят своих. От трассы до хутора они на свои средства построили асфальтированную дорогу, добротную.
Увековеченная память
Достойные памятники нашим воинам сооружены на окраине поля. Главный − памятник Победы − величественная звонница. Белокаменная четырехгранная, она взметнулась ввысь на пятьдесят два метра. Ее венчает золоченая сфера с семиметровой скульптурой Покрова пресвятой Богородицы. Через каждые двадцать минут на звоннице бьет колокол. Первый звон − о героях Куликовского поля, второй − о солдатах Бородино, третий − память о победе в Прохоровском сражении. От звонницы проложены три аллеи: дубовая, березовая, липовая − символ единства трех полей русской ратной славы.
От танкового поля до Прохоровки примерно 7 км, я измерил их пешком. В самой Прохоровке построен в том же 1995 году редкой красоты златоглавый храм − памятник святых апостолов Петра и Павла и Успенская церковь с общежитием. Здесь же открыт музей Прохоровского танкового сражения, построен прекрасный культурно-исторический комплекс. В строительстве всех этих объектов большая заслуга бывшего председателя Совета министров СССР Н.И. Рыжкова, который был председателем Попечительского совета. Один из сооруженных объектов так и называется − библиотека Н.И. Рыжкова. Ее фонды укомплектованы и пополняются во многом книгами из личной библиотеки Николая Ивановича.
Обратно ехал на пригородном поезде, на "дизеле", как говорят местные жители.
Дизель плохо ходит, может опоздать на час, на два,
− сообщил дежурный по ст.Прохоровка. Меня это известие особенно не впечатлило, ибо вспомнил, как мы с нашим ректором В.Н.Васильевым однажды добирались из Флоренции в Падую. Набитый до отказа неустанно галдящими итальянцами поезд опоздал на 4 (!) часа. Нашего дизеля пришлось ждать полтора.
В вагоне недалеко от меня сидела очень пожилая, но еще крепкая женщина и явно "на публику" напевала частушки военной поры. Запомнились две:
Полюбила лейтенанта,
А майор мне говорит:
"У меня ремень пошире
И звезда сильней горит".
***
Солдаткой была – веселилася,
Солдат пришел – зажурилася.
Подумалось: большая война не только сотрясала в тылу психологию и души людей, но породила как защитную реакцию особый фольклор, устное творчество, новые формы юмора. Исследована ли эта сторона военного бытия? Видимо, не полностью.
Наша семья в начале войны
В начале войны наша семья жила в небольшой деревеньке Бабанино из 30 дворов, что расположилась среди хлебных полей в северо-восточном углу Курской области, на границе с Воронежской областью. Жили в побелённой хате – пятистенке – мазанке. Пятистенка – это обычная хата из четырех стен, но с деревянной перегородкой посередине, делившей жилье на две половины. Перегородка-стена имела нечто вроде окна для общения жильцов двух половин. Мы, дети, шныряли постоянно туда-сюда через это окно, особенно зимой. Это была хата деда. Он построил ее из дуба в 1920-х годах.
Мой отец Болгов Ефрем Ермолаевич (1908 г.р.) родился в курском старинном селе Кулевка в многодетной крестьянской семье, в которой было девять детей – пять сестер и четыре брата. Окончил 4 класса начальной школы, самостоятельно изучил автомобиль, правила дорожного движения. В 1934 году экстерном сдал в Воронеже экзамен и получил водительское удостоверение.
Место жительства нашей семьи обусловило причастность ее к событиям накануне и во время Курской битвы.
В первые же дни войны, отец, работавший шофером в МТС, вместе с другими механизаторами были переведены на казарменный режим и привлечены для сбора по району, ремонта и приведения в рабочее состояние техники – тракторов, автомашин и другое – с последующей передачей в воинские части. Так что занятый почти круглые сутки отец дома появлялся очень редко.
Поэтому главой и охранителем семьи стал дед по линии матери Зуев Василий Андреевич (1883 г.р.)
Дед Василий был одним из самых уважаемых жителей сельской округи. Он был истово трудолюбивый, смирный, покладистый, бесхитростный, любил порядок во всем, особенно во дворе. О таких говорят: мухи не обидит. Был глубоко православным человеком, никто никогда не слышал от него ни одного ругательного слова. Безотказный, жил по поговорке "Почтем худо за добро", которую произносил часто, тем самым как бы оберегая себя от переживаний из-за тяжелых превратностей судьбы. Он был неграмотный, но денежные купюры и монеты хорошо различал, умел их считать.
Оккупация, помощь разведчикам и танкистам, освобождение
В 1942 году в результате летнего немецкого наступления большая часть Курской и Воронежской областей были оккупированы, в том числе и наша деревенька. Оккупанты пришли, как стало потом понятно, в обличье немецких, итальянских, мадьярских (венгерских) солдат. Под оккупацией семья наша жила долгих шесть месяцев – с июня 1942 по январь 1943 гг. в таком составе: дедушка Василий, бабушка Ксения Петровна, мама Лукерья Васильевна и мы, малолетние дети – Николай (7 лет), я – Анатолий (2,5 года), Тоня (около 1,5 лет).
Оккупанты сразу же отобрали у нас одну половину хаты и поселились там на постой. Мы все шестеро ютились во второй половине. Окно в перегородке завесили плотной темно-зеленой бумагой. Больше всего волнений, тревог, страха досталось нашей маме. Она сильно переживала (дрожала) за нас малолетних. Тем более, что чужие солдаты хотели играть с нами, видимо, вспоминали своих детей.
Мама потом рассказывала:
Возьмет чужой солдат Тоню на руки и нянчит ее, подбрасывает вверх. А у меня сердце замирает, думаю: сейчас шмякнет Тоню об пол и поминай, как звали.
Но до этого дело не дошло, среди наших оккупантов извергов не было: скорее всего это были не немцы, а более миролюбивые итальянцы или мадьяры.
А для меня эти события оставили первые в жизни воспоминания. Я помню, как из-за любопытства подбирался к окну, отодвигал бумажную занавеску и смотрел, что там за стенкой происходит и кто там разговаривает. Мать отдергивала меня от окна и запрещала приближаться к нему.
Как рассказывали взрослые, наш быт был суров. При первых признаках опасности мы все, по указанию деда, спускались в погреб, где сидели тихо в полутьме при слабом свете коптилки или керосинового фонаря. Питались в основном картошкой, капустой и другими овощами. Мама и бабушка изредка, когда позволяла обстановка, тайком в хате пекли хлеб и варили картошку.
Дед чаще других вылезал из погреба, оценивал обстановку, кое-что делал по хозяйству и в хате, собирал пропитание. Солдаты его не трогали. В один из таких выходов из погреба деда из-за изгороди по-русски окликнули наши разведчики, которые прячась в высокой ржи, пробирались через линию фронта и подползали к нашему двору. Дед тайком сообщал им сведения о немцах, выносил хлеб, вареную картошку.
В январскую ночь большой стрельбы, которая указывала на наступление наших и близкое освобождение деревни, дед решил, что матери с детьми лучше перебраться в более безопасный соседский погреб.
Мама вспоминала:
Дело было ночью, зима, снег. Немцы подожгли крайнюю хату на восточном конце села для освещения и более успешной стрельбы по наступающим. Горел огромный жуткий костер, было светло. Мы вылезли из погреба, и я повела вас через проулок. Свистели пули. На помощь пришла жившая по соседству Настя (сестра отца). Я несла на руках полуторагодовалую Тоню, тебя, Толик, тащила Настя, семилетний Коля бежал самостоятельно. Под свист пуль благополучно добежали до соседского погреба и сидели там, пока не наступила тишина и не услышали голоса наших освободителей.
Тяготы оккупации, переживания, боязнь и страх за жизнь и здоровье нас, малолетних детей, тяжелая жизнь и работа в послевоенные годы сильно подорвали здоровье нашей мамы Лукерьи Васильевны, и она безвременно ушла из жизни в возрасте 66 лет.
Во время освободительных боев в нашей местности дед выручил и спас танкистов тяжелого танка КВ (Клим Ворошилов), который вел разведку, нанес большой урон врагу, но был подбит и загорелся.
Цитата из воспоминаний бывшего механика-водителя этого танка П.З.Монакова, удостоенного звания Героя Советского Союза за тот бой:
Остановились мы на окраине Бабанино. Дальше было двигаться нельзя – в деревне фашисты. Да и в любую минуту могли взорваться топливные баки. Выбрались мы все трое через нижний люк и махнули по огородам к ближайшим домам в поисках укрытия. Видим, во дворе одного из них пожилой мужчина стоит и машет нам рукой: "Сюда, сюда!". Спрятал нас в своем сарае.
Укрыл танкистов наш дед Василий, по существу спас их.
После окончания боев деду было приказано убирать трупы вражеских солдат, которых было много на зимнем деревенском лугу. Убирать, а не хоронить. Поэтому, по указанию начальства (по свидетельству матери), дед свозил трупы к глубокой воронке от взрыва авиационной бомбы и сбрасывал в нее, а затем засыпал мерзлой землей. Пришлось выполнять и такую неблагодарную работу. Я эту воронку помню до сих пор и сейчас могу ее найти.
На этом посильное участие деда в приближении победы не закончилось. Предстояло самое главное – работа в прифронтовой полосе на строительстве важной железнодорожной ветки Старый Оскол – Ржава перед началом Курской битвы.
Дед запрягает, едет и обеспечивает победу. Стратегическая железная дорога Старый Оскол – Ржава. Подвиг в тылу
Моя мать вспоминала:
Ближе к лету 43-го года пришел председатель колхоза и сказал, что деду надо ехать на оборонные работы, больше некому. Делать нечего, отказываться нельзя, надо собираться. А деду в том году было уже 60 лет. В колхозе деду дали лошадь и телегу с бортами в виде ящика для перевозки сыпучих грузов – земли, песка и пр. Он наложил в повозку побольше соломы, взял штыковую и совковую лопаты, ведро и полушубок (вместо перины). Проверил сбрую, запряг лошадку, опробовал на ходу. Все исправно. Мы с мамой собрали ему харчей на 2-3 дня и с богом проводили в дальний путь (50-60 км от дома). Мы и не чаяли увидеть больше нашего деда, но недели через четыре, та же лошадка привезла его живого и невредимого.
Дед никогда не рассказывал, как ему жилось, работалось, питалось, отдыхалось, ночевалось, как удалось выжить в тяжелейших условиях в свои 60 лет, заботиться и сохранить здоровье и работоспособность лошади. Придется полагаться на рассказы других участников этого крайне напряженного скоротечного строительства и на архивные данные.
Итак, на строительство этой дороги было привлечено 25 тысяч человек мирного населения, из них 20 тысяч женщин, стариков, подростков. Их задачей было возведение насыпей. Тяжелейшая работа и очень трудные условия, дневная норма – уложить в насыпь 3,5 куба земли или песка на человека в день. Работали в две смены по 20 часов в сутки. Практически всё делалось вручную с помощью лошадей, машин фактически не было. И это при нехватке еды, лошадей и отсутствии самых простых инструментов. Временами землю приходилось носить даже в фартуках. Но страшнее всего были регулярные немецкие бомбежки района строительства.
Нет сомнений, что дед достойно делил все тяготы, тяжелую работу вместе с тысячами других строителей. Можно только представить, как дед целый месяц коротал ночи. Вероятно, в ясную погоду спал на телеге, в дождливую – под телегой, подстелив соломки и укрывшись полушубком.
Героическими усилиями местного населения насыпь с нужными параметрами была сооружена. Сам рельсовый путь монтировали уже военные железнодорожники. Постановлением Государственного Комитета обороны от 8 июня 1943 года на работы было отведено 2 месяца, но дорога протяженностью 95 км была построена всего за 32 дня. 19 июля по возведенной дороге прошел первый поезд. Нужная как воздух "железка" начала работать.
Построенная железнодорожная ветка имела важнейшее стратегическое значение при подготовке к Курской битве. Она соединила две железные дороги СССР – Юго-Восточную (станция Старый Оскол) и Курскую (станция Ржава), что обусловило стабильность и интенсивность грузопотока для фронта в предстоящую битву.
Дорога подошла близко к южной части Курской дуги и потому сроки доставки грузов к линии фронта сократились на двое суток. Воронежский фронт получил надежную транспортную коммуникацию, намного повысилась интенсивность пополнения личного состава, снабжения техникой, вооружением, боеприпасами, горючим, продовольствием, фуражом, возросла эффективность работы военно-медицинских подразделений.
Всё это позволило советским армиям создать крепкую оборону, накопить нужные резервы, нанести врагу мощные удары и изгнать его с курских, воронежских и других российских полей.
Медаль за доблестный труд
Однажды летним уже мирным днём 1945 года в наш двор заглянула девушка-почтальонка.
Завидев Василия Андреевича, она помахала какой-то бумажкой и весело сказала:
Дед, пляши, тебя и деда Ерёмина Калинин наградил медалью. Вот сообщение. Вам надо явиться в райцентр Горшечное за получением награды.
Дед никакой радости не выказал, промолчал, но было видно, что он разволновался.
Дед Ерёмин – сосед и дружок нашего деда, единственный на всю округу ветеринарный фельдшер.
Оба деда перед важным событием подстригли друг друга большими ножницами, сработанными наверное еще в 19-м веке. В назначенный день утречком двинулись пешёчком в путь. Приоделись: выходные сапоги, свежие картузы, темно-синие косоворотки, черные пиджачки.
До райцентра Горшечное 12 км, собрались сходить обыдёнкой, то есть одним днём. Действительно, ближе к вечеру пришли наши деды домой достаточно бодрые и, к удивлению всех домашних, совсем трезвые. Зайдя в хату дед показал нам и открыл картонную коробочку с наградой. Медаль называлась "За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.". На диске был изображен Сталин и его слова "Наше дело правое, мы победили". Эта медаль была учреждена Президиумом ВС СССР 6 июня 1945 г.
После войны этой медалью были награждены сотни тысяч тружеников тыла всего Советского Союза. Медаль деда сохранилась, теперь она перешла ко мне. Я храню её как самую большую реликвию.
Фронтовые пути – дороги отца
Отца Е.Е. Болгова в ноябре 1941 г. призвали на фронт. Он участник Курской битвы, только на северном фасе дуги, в районе поселка Поныри Курской области, где развернулись не менее ожесточенные бои, чем под Прохоровкой. Отец воевал в составе 13-й армии (командарм генерал Н.П. Пухов) в составе последовательно Брянского, Воронежского, Центрального и 1-го Украинского фронтов.
На оборонительном этапе Курской битвы на позиции 13-й армии пришелся главный удар немцев на северном фасе Курской дуги. Выстояв, армия сорвала планы врага по прорыву нашей обороны на орловско-курском направлении и перешла в контрнаступление.
Вместе с 13-й армией отец был среди участников наступательных операций: Орловской, Черниговско-Припятьской, освободителей Правобережной Украины и юго-восточных районов Польши, победных операций 1944–1945 гг. – Киевской, Житомирско-Бердичевской, Ровно-Луцкой, Проскуровско-Черновицкой, Львовско-Сандомирской, Висло-Одерской, Силезских, Берлинской и Пражской.
Всю свою войну служил в звании рядового, шофером. Сначала на "полуторке" доставлял с передовой раненых лошадей в ветеринарные лазареты для лечения. Затем как умелого и надежного бойца его посадили на "эмку" (легковой автомобиль МК) и отец с 1942 до конца войны возил командиров 13-й армии. Его фронтовые дороги пролегли от Воронежа до Южной Германии и Чехословакии. Войну закончил в Праге в начале мая 1945 г.
В год окончания войны отцу было 37 лет – староват для продолжения службы рядовым в мирное время. Поэтому он попал в первую волну демобилизации, вернулся домой в сентябре 1945 года с медалью "За боевые заслуги".
… Поздним вечером из окна комфортного вагона поезда Белгород-Москва подсвеченный прожекторами храм Петра и Павла в Прохоровке выглядит как горящая свеча. В память о погибших солдатах, измученных войной стариках, женщинах, детях, о всех страдальцах войны.
Анатолий Ефремович Болгов,
доктор сельскохозяйственных наук, профессор
член Совета ветеранов ПетрГУ
